Бригада скорой помощи доставила мальчика в ближайшую больницу в Резекне, но медикам пришлось обратиться за помощью к рижским коллегам. Путь до Риги был очень тяжелым, и выдержать его Элиасу помогли специалисты Детской больницы ― реаниматолог Петерис Клява, нейрохирург Давис Озолиньш и медсестра, имени которой мама Элиаса, к сожалению, не спросила. Теперь она жалеет об этом, потому что хочет поблагодарить ее за ценные советы, которые та давала в реанимации, где Элиас лежал с 8 по 26 марта. "Что я делала? Читала, говорила, пела, растирала ему ноги. Родственники помогли с ортезом, священник приезжал молиться", ― вспоминает мама.

Элиас не дышал самостоятельно, ни на что не реагировал. "Делайте что угодно, лишь бы разбудить его", ― говорили специалисты, и Эвия старалась изо всех сил. Она пела сыну, баюкая его на груди. И это помогло. "Я пела Элиасу в ухо, и его жизненные показатели так подскочили, что прибежал доктор Клява и сказал: "Что вы делаете с ребенком, как теперь все привести в порядок?"" ― теперь, вспоминая это, Эвия улыбается.

Когда Элиас проснулся и стал самостоятельно дышать, его выписали из реанимации. Вместе с семьей он переехал в другое отделение больницы и жил там два с половиной месяца. Каждый день с мальчиком занимался физиотерапевт ― пришлось пройти долгий путь, который начался с самых простых движений. "Язык Элиас высунул только потому, что моя средняя сестра, очень мудрая женщина, придумала намазать ему губы чупа-чупсом. У ребенка сработал рефлекс, и он высунул язык", ― рассказывает Эвия.

Больше всего советов давал нейрохирург Озолиньш ― он рассказывал и про фокусировку зрения, и про то, как важно "разбудить" мальчика, и про жизнь после больницы. "Ни разу не слышала "трагическое стечение обстоятельств", только "работайте, чтобы добиться максимального эффекта"", ― вспоминает Эвия.

Благодаря педагогическому образованию и работе со студентами в Латвийской академии художеств она привыкла искать неординарные подходы. Это помогло и в случае с сыном ― Эвия интуитивно нащупывала путь, который привел бы их к положительному результату. "В какой-то момент больше массировала ноги, в какой-то ― лицо. Например, одна щечка у Элиаса после реанимации была каменная и бездвижная". Каждый день, если только в их планы не вмешивался дождь, мама сажала Элиаса в инвалидную коляску, и они отправлялись на прогулку. А в хорошую погоду ― даже ели мороженое.

Самый тяжелый диагноз, поставленный мальчику ― "частичная атрофия мозжечка", чем и объясняется его тяжелое состояние. "Это страшные слова, я прочитала сотни текстов, которые доступны на специализированных интернет-порталах: если у человека поврежден мозжечок, возможно, он вообще не сможет ходить, двигаться. Мне не хотелось этому верить. Позже нейрохирург мне сказал: удар был таким сильным, что еще чуть-чуть ― и исход был бы другим", ― рассказывает Эвия.

Из-за полученного удара у Элиаса нарушена циркуляция спинномозговой жидкости, поэтому ему установили шунт. "Еще у Элиаса на одном глазу атрофия зрительного нерва. По-моему, это тоже не приговор. Раз в год мы ходим на проверку, и, конечно, нельзя сказать, что это невероятное чудо, но структура нерва становится плотнее. Проверка показала, что он различает свет, темноту, может определить, например, где в полутьме ему показывают руку ― сверху, справа или слева. Раньше это было невозможно. Второй глаз видит прекрасно ― на расстоянии в 300 метров Элиас может разглядеть марку машины", ― рассказывает Эвия.

После больницы и реабилитации длиной в месяц в национальном реабилитационном центре "Вайвари" Элиас с мамой вернулся домой, в Акмениши Каунатской волости, что в 30 километрах от Резекне. Первый и последний тревожный звонок прозвучал спустя несколько дней. У Элиаса внезапно началась рвота. Опасаясь худшего, Эвия сразу же позвонила соседям: "Пожалуйста, отвезите нас в больницу! В семье нет машины". К счастью, беспокойство оказалось напрасным. "Наверное, причиной этому стала смена обстановки, к тому же я принесла в комнату много мяты. Видимо, ему стало плохо из-за этого запаха. Все, слава Богу, закончилось хорошо", ― вспоминает Эвия.

В воспоминаниях мы возвращаемся на шесть лет назад. После аварии прошло два года или, как называет их мама, "два морских сезона", когда Элиас неожиданно заговорил. Он был готов разговаривать постоянно, реагируя на все, что видит на своем пути.

"Возможно, вы иногда не понимаете, что говорит Элиас, но в начале все было еще хуже. Когда мы ездили из Резекне в Ригу, то всегда сидели впереди, недалеко от шофера. Мне казалось, шоферы прилагают огромные усилия, чтобы не сделать мне замечание". Но все это было необходимо для того, чтобы Элиасу стало лучше.

Элиас очень наблюдателен, ему нравится озвучивать свои мысли. Мальчик учится на дому в шестом классе Каунатской средней школы. Недавно Элиас поразил школьного библиотекаря знанием русского языка ― он выучил его, смотря фильмы и прислушиваясь к разговорам на улице.

Взгляд Элиаса на мир отражается и в его рисунках. "Это еще одна отдельная тема, над которой мне нужно будет подумать и решить, что делать дальше. У всех рисунков есть сюжет. Он рисует невероятно много и очень самобытно. Сейчас они напоминают примитивное народное искусство. Абсолютно серьезно", ― говорит Эвия, которая специализируется на истории искусства.

Будущее Элиаса она связывает с домом в Акмениши. Может быть ― с глиной, которой в течение сорока лет занимался его покойный отец, выдающийся гончар Эвалдс Василевскис. До аварии, будучи еще совсем маленьким, Элиас работал с глиной. После тяжелой травмы он стал очень чувствительным и ему не нравилось, что от нее пачкаются руки. "Теперь мы время от времени берем в руки глину и учимся заново ― мять, катать колбаски обеими руками. Руки работают по-разному ― одна, дрожа, другая ― медленно и спокойно", ― рассказывает мама. Она тоже умеет работать с глиной, обжигать керамику и топить печь. "Заниматься этим всерьез смогу только тогда, когда мы с Элиасом будем жить за городом", ― добавляет Эвия.

Она уверена, что в Акмениши Элиас будет чувствовать себя и развиваться наилучшим образом. "Но там очень много всего нужно приспособить. Например, так оборудовать вход и выход из дома, чтобы мальчик мог держаться и нормально подниматься по лестнице. Чтобы Элиас мог нормально перемещаться по дому, нужно приделать поручни, за которые он будет придерживаться, переступая пороги", ― рассказывает Эвия. Помочь семье приспособить дом (в том числе и ванную комнату) под нужды Элиаса можно рамках благотворительной акции Stiprini stipros ("Поддержи сильных!").

"Я не знаю, как живут люди, у которых нет возможности обратиться за помощью. Все это время нам очень сильно помогают окружающие, сестры Элиаса, семья, мои сестры, старые знакомые, друзья, коллеги. За все это время я взяла только два синих (больничных ― Прим. ред.) листа", ― говорит Эвия. Тогда она работала на частном предприятии.

Сейчас Эвия занята на четырех работах. Она читает лекции по истории искусства и культуры Латвии в латгальском филиале Латвийской академии художеств, работает в Латгальском культурно-историческом музее, является ассистентом Элиаса. С этого года Эвия читает лекции по истории искусства еще и в Даугавпилсском университете, куда ездит дважды в неделю. А еще недавно она написала книгу, посвященную отцу Элиаса ― "Evalds Vasilevskis (1953–2018)".

Все это получается совмещать благодаря отзывчивым коллегам. "Всегда договариваюсь, меняюсь, потом отрабатываю. Если бы этого не было… если бы люди не были так готовы пойти навстречу, мне просто настал бы конец", ― рассказывает Эвия. Элиаса изо всех сил поддерживают и его сестры. "В какой-то момент девочкам уделялось меньше внимания, чем Элиасу, но это и так понятно", ― вспоминает она.

Прогресс был медленным и постепенным. Поначалу врачи говорили, что результат, достигнутый Элиасом спустя шесть лет после травмы, станет конечным и на дальнейшие успехи надеяться не стоит. "Но, кажется, Элиас ― исключение из правил, потому что прошло уже восемь лет, и с каждым годом становится только лучше", ― говорит его мама.

В 2017 году Элиас впервые побывал в реабилитационном центре Poga благотворительной организации Ziedot.lv. Уже после первого курса интенсивной терапии (частично ее оплатила семья Эвии, частично ― благотворители) он научился недолго стоять без опоры. Один курс обходится в 3-4 тысячи евро. "Я недавно читала новости: одна женщина сказала, что просить ― трудно. Могу сказать, что так и есть", ― говорит Эвия. Этим летом Элиас снова побывал в Poga. Результат очевиден: теперь он сам может сделать несколько шагов. А в национальном реабилитационном центре "Вайвари", где есть возможность пройти курс за государственные деньги, в перерывах между реабилитациями приходится ждать по полтора года.

Государство выплачивает пособие по уходу за Элиасом в размере 313,43 евро в месяц. Эвия является ассистентом сына и тоже получает за это деньги. "Но в целом уже становится трудно. Элиас теперь такой высокий парень, нужно обладать недюжинной физической силой, чтобы удержать его за руку. Нелегко найти другого ассистента, зарплата такая смехотворная, что это просто нереально", ― признается Эвия.

Также государство оплачивает Элиасу ортопедическую обувь. На момент нашего разговора семье так и не удалось получить последнюю пару. У Эвии в сумке лежит уже третье по счету письмо, которое нужно отправить в центр технических вспомогательных средств "Вайвари". Оказалось, что первые два письма были неправильно составлены. "Очень надеюсь, что все будет хорошо и на этот раз письмо составлено правильно, согласно правилам Кабинета министров. В прошлый раз семейный врач неправильно заполнила окошко ― там не был указан диагноз. Это звучит смешно, ведь диагноз Элиасу поставлен еще восемь лет назад и его можно найти в системе", ― улыбается она.

Эвия допускает, что определенные должности не всегда занимают люди, обладающие надлежащей компетенцией. "Бывали ситуации, когда знакомые, работающие в социальной сфере, давали советы: "Твоему ребенку полагается, иди, требуй и бей кулаком по столу!" Но на то, чтобы бить кулаком по столу, уходит просто невероятное количество энергии. Мне очень не нравится чувствовать себя плохо из-за того, что я на кого-то накричала или что-то потребовала", ― говорит Эвия.

Она призывает людей не быть равнодушными: нередко, когда в знакомой семье случается несчастье, окружающие спешат на помощь, но потом жизнь начинает идти своим чередом и кажется, будто семья уже может справиться сама. "Но в действительности часто происходит иначе. Оглянитесь вокруг. Я видела, как в "Вайвари" мама пересчитывала мелочь, чтобы купить кофе", ― рассказывает Эвия.

После того, как произошла авария, семья живет по определенному графику. Уже в октябре Эвия знает, что они будут делать через несколько месяцев. После нашего разговора Василевские встают, чтобы надеть на плечи рюкзаки. У Элиаса рюкзак совсем небольшой, он просто помогает ему лучше удерживать равновесие, а у мамы и сестер сумки потяжелее. В них лежит все, что нужно для бассейна, который временно заменяет мальчику море.